Войти Регистрация

Вход на сайт

Логин *
Пароль *
Запомнить меня

Зарегистрироваться

Поля, отмеченные звездочкой (*) обязательны для заполнения.
Ваше имя *
Логин *
Пароль *
Повторите пароль *
E-mail *
Повторите e-mail *

(050) 492 38 31
(050) 343 90 48

Лерканидипин против гипертонической болезни

Опубликовано: 06.12.2016

Эра антагонистов кальция началась более 4 десятилетий вспять, когда 1 сентября 1963 г. 1-ый антагонист верапамил был разрешен для клинического внедрения в Германии в качестве антиангинального продукта. В конце 60–х–начале 70–х годов прошедшего века в клиническую практику были внедрены другие антагонисты кальция, посреди которых самую большую популярность получили нифедипин и дилтиазем, подробнее Лерканидипин против гипертонической болезни. В следующие годы синтезированы несколько 10-ов хим соединений со качествами антагонистов кальция. Клиническое применение получили в главном антагонисты кальция L–типа, которые по собственной хим структуре относятся к одной из 3-х групп: 1) производные фенилалкиламина (верапамил, галлопамил и др. ; 2) производные бензотиазепина (дилтиазем, клентиазем) и 3) производные 1, 4–дигидропиридина (нифедипин, амлодипин и др. ) [1–8].
Верапамил, дилтиазем и нифедипин – 1-ые и более известные представители 3-х главных подгрупп антагонистов кальция L–типа. Их фармакологические качествами в особенности отлично исследованы, потому характеристику новых антагонистов кальция принято давать в сопоставлении с верапамилом, дилтиаземом и нифедипином, которые посреди антагонистов кальция L–типа числятся продуктами–образцами. Другое общее наименование верапамила, дилтиазема и нифедипина – антагонисты кальция первого поколения.
В бессчетных исследовательских работах установлена высочайшая антиангинальная и антигипертензивная эффективность антагонистов кальция первого поколения. В то же время обнаружены такие значительные общие недочеты верапамила, дилтиазема и нифедипина, как низкая биодоступность из–за насыщенного метаболизма при первом прохождении через печень, недостающая тканевая селективность и в особенности стремительная элиминация, которая обусловливает недолговременное клиническое действие, из–за чего препараты нужно принимать 2–4 раза в день. Продолжительность терапевтических эффектов антагонистов кальция первого поколения находится в прямой зависимости от периода их полужизни в плазме крови.
Недолговременное клиническое действие антагонистов кальция первого поколения – не только лишь существенное неудобство для хворого. Ведь антигипертензивное действие верапамила, дилтиазема и нифедипина, обычно, не только лишь недолговременно, да и наступает стремительно, что приводит к нередкому развитию побочных эффектов, связанных с вазодилатацией, и активацией симпатико–адреналовой и ренин–ангиотензиновой систем. В особенности значительную нейрогуморальную активацию вызывают нифедипин и другие короткодействующие антагонисты кальция дигидропиридинового ряда, которые вызывают более выраженную вазодилатацию, чем верапамил и дилтиазем.
Маленькая длительность клинического деяния, высочайшая частота побочных эффектов, связанных с вазодилатацией, и ненужная активация симпатико–адреналовой и ренин–ангиотензиновой систем ограничивают обширное внедрение антагонистов кальция первого поколения, и в особенности производных 1, 4–дигидропиридина. Более того, чрезмерная вазодилатация на максимуме деяния препаратов и увеличение активности нейрогуморальных систем делают долгое применение антагонистов кальция первого поколения (в особенности нифедипина) опасным у нездоровых с артериальной гипертензией и ишемической заболеванием сердца (ИБС).
Верапамил, дилтиазем, нифедипин и другие антагонисты кальция сходу получили признание, как действенные антиангинальные (антиишемические) средства. Они являются продуктами выбора для исцеления вазоспастической стенокардии и обширно применяются при лечении размеренной стенокардии напряжения. В ряде исследовательских работ продемонстрирована кардиопротективная эффективность верапамила и дилтиазема у нездоровых, перенесших инфаркт миокарда. Нифедипин и другие антагонисты кальция дигидропиридинового ряда, по–видимому, не владеют кардиопротективным действием, а короткодействующие формы препаратов могут наращивать риск развития инфаркта миокарда либо погибели от него.
Другое дело – гипертоническая болезнь. Хотя антагонисты кальция, непременно, являются действенными антигипертензивными продуктами, до недавнешнего времени было непонятно, способны ли они предупреждать развитие сердечно–сосудистых осложнений у нездоровых гипертонической заболеванием. Не так давно закончилось несколько больших контролируемых исследовательских работ (VHAS, NORDIL, INSIGHT, ACTION, PREVENT, CAMELOT, ELSA, ASCOT), в каких было внушительно показано, что антагонисты кальция (по последней мере, долгого деяния) настолько же отлично предупреждают развитие сердечно–сосудистых осложнений у нездоровых гипертонической заболеванием, как диуретики и b–адреноблокаторы.
Беря во внимание все это, создатели новых антагонистов кальция стремятся внедрять к клиническую практику только такие препараты, которые превосходят антагонисты кальция первого поколения если не по тканевой селективности, то, само мало, по длительности деяния. «Безупречный» антагонист кальция должен оказывать терапевтическое действие в протяжении 24 часов, чтоб продукт можно было принимать один раз в день. Лучше, если действие антагониста кальция длится более 24 часов – тогда продукт будет оказывать свое терапевтическое действие в течение нескольких часов в случае пропуска приема очередной дозы. Другими словами, возможность развития парадокса «рикошета» (отмены) меньшая при предназначении антагонистов кальция со сверхдлительным действием.
Удлинения длительности деяния фармацевтических препаратов можно достигнуть 2-мя методами: (1) методом сотворения фармацевтических форм с замедленным высвобождением активного вещества и (2) методом синтеза хим соединений с неспешной элиминацией [1, 4, 7, 9–11].
T. Toya–Oka и W. Nayler [11] предложили делить антагонисты кальция L–типа на три поколения на основании последующих фармакодинамических и фармакокинетических критериев:
(1) длительность деяния либо частота приема доз, которые определяются скоростью связывания продукта с сенсорами, периодом полувыведения из плазмы и объемом рассредотачивания;
(2) частота и выраженность ненужных побочных эффектов, которые связаны с резвой вазодилатацией и зависят от времени, нужного для заслуги предельной концентрации продукта в плазме крови, соотношения меж наибольшей и малой концентрациями и особенностями связывания с сенсорами;
(3) отрицательное ино– и хронотропное действие и замедление атрио–вентрикулярной проводимости, которые определяются тканевой селективностью препаратов и могут соответственно предрасполагать к развитию сердечной дефицитности, синусовой брадикардии и поперечной блокады сердца;
(4) предсказуемость реакции на продукт, которая находится в зависимости от его биодоступности, объема рассредотачивания и соотношения меж наибольшей и малой концентрациями в плазме крови.
Неопасными для долговременной терапии числятся только антагонисты кальция второго и третьего поколения.
Антагонисты кальция второго поколения отличаются от препаратов–прототипов усовершенствованным фармакокинетическим профилем и поболее высочайшей высоселективностью. T. Toya–Oka и W. Nayler [11] подразделяют их на две подгруппы – IIa и IIb. К первой подгруппе относятся ретардные формы антагонистов кальция первого поколения, ко 2-ой – препараты с другой хим структурой (табл. 1).
Антагонисты кальция IIa подкласса оказывают длительное терапевтическое действие за счет сочетания долгого времени до заслуги предельной концентрации продукта и долгого периода полувыведения из плазмы крови. Обычно, ретардные формы антагонистов кальция лучше переносятся, потому что пореже вызывают побочные эффекты, связанные с вазодилатацией (по сопоставлению с продуктами первого поколения) благодаря удлинению времени до заслуги предельной концентрации в плазме крови (т.е. более неспешному наступлению наибольшего деяния).
Антагонисты кальция IIb подкласса характеризуются длительным действием и поболее высочайшей вазоселективностью. Длительное действие обосновано как долгим временем до заслуги предельной концентрации продукта в плазме крови, так и долгим периодом полувыведения. Продолжительность терапевтических эффектов антагонистов кальция первого поколения находится в прямой зависимости от периода их полужизни в плазме крови.
Более высочайшая вазоселективность проявляется в наименьшей выраженности ино– и хронотропного деяния и в наименьшем угнетении атрио–вентрикулярной проводимости.
Невзирая на усовершенствованный фармакокинетический профиль и поболее высшую тканевую селективность, антагонисты кальция второго поколения все таки отличаются недостаточной предсказуемостью клинических эффектов, что разъясняется их низкой биодоступностью (от 10 до 40%), значительными колебаниями концентраций продукта в плазме крови в течение «междозового» интервала и неожиданным прекращением деяния, приводящим к резвому исчезновению терапевтического эффекта. Большая часть антагонистов кальция второго поколения не обеспечивают размеренного терапевтического эффекта в протяжении суток, потому у неких нездоровых их приходится назначать 2 раза в день.
В качестве макета антагонистов кальция третьего поколения T. Toya–Oka и W. Nayler [11] указали на амлодипин, который отличается необходимыми фармакологическими особенностями:
а) более прогнозируемая эффективность благодаря высочайшей биодоступности (60–80%) и малозначительным различиям меж наибольшей и малой концентрациями продукта в крови в протяжении суток;
б) высочайшая тканевая селективность, благодаря которой он фактически не оказывает воздействия на сократимость миокарда, функцию синусового узла и атрио–вентрикулярную проводимость;
в) сверхдлительное действие продукта – в протяжении более 24—36 часов, что делает ненадобным создание его ретардн

67570, Украина,
пгт Черноморское,
Коминтерновский район,
Одесская обл.
+38 050 343 90 48, +38 050 492 38 31


Как к нам проехать...